296 просмотров

Большинство белорусов больше не хочет союза с Россией

«Белорусская аналитическая мастерская» Андрея Вардомацкого (BAW, находится в Варшаве) сообщила о резком падении доли сторонников союза с Россией в Белоруссии, сообщает Кризис-копилка. Результаты исследования были опубликованы на портале польского телеканала Belsat:

В белорусском обществе произошла смена геополитической ориентации. Процент сторонников союза с Россией снизился с 60,4% до 40,4%. С сентября по декабрь 2019 года происходило обвальное падение пророссийских настроений: число сторонников союза снизилось на 14,7% за четыре месяца (с 54,8% до 40,4%). Одновременно усилились проевропейские настроения в обществе: число сторонников вступления в Евросоюз выросло с 24,4% до 32%.

Самый надежный вариант для кремлевской пропаганды — не оспаривать сам опрос и его результаты, а сосредоточить внимание на тех, кто его проводил. Беспроигрышная тактика — в ответ на неудобный вопрос потребовать документы и задать вопрос: а кто ты такой? И можно переключаться на менее щекотливую тему — обсуждение спикера вместо сказанного им.

Сам по себе опрос — это всегда точечный срез текущих настроений. Чтобы делать выводы, нужны тренды. Нужно несколько аналогичных опросов через какие-то отрезки времени. В данном случае есть два опроса — два года назад и сегодня. И динамика выглядит весьма любопытной — в январе 18 сторонников союза с Россией было 60% от числа опрошенных, в начале 20 года их доля упала до 40%. При этом за союз с ЕС два года назад высказывались 22%, сегодня — 32%.

Падение доверия к России началось осенью 19 года и совпало с беспрецедентной кампанией давления на Белоруссию со стороны Кремля, причем отдельные российские спикеры делали даже прозрачные намеки на не совсем мирное решение вопроса. Если же учесть войну, которую ведет Кремль с Украиной последние пять лет, то угроза аннексии вполне могла резко изменить настроения людей в Белоруссии.

Ранее Лукашенко использовал жесткую риторику и периодически вербально обострял обстановку, примерно то же делали и кремлевские партнеры, особенно, когда пытались откусить какой-нибудь особо вкусный кусок белорусской экономики, но в целом это всё не выходило за рамки и мало воспринималось на бытовом уровне. В 19 году изменилось многое. Попытки Путина удержать захваченную им власть, в том числе и через мифическое Союзное государство, которое в силу своей полной непригодности к реальной обстановке более всего похоже на банальное поглощение Белоруссии Россией, восприняты в Белоруссии крайне тревожно и даже враждебно.

Пока эта тревожность и враждебность, скорее, неосознанная, на уровне опасений «понаехали тут», характерных для мегаполисов (вначале к выхоодцам из регионов, а затем — и к гражданам иностранных государств). Но любой протест, если у него есть основание, рано или поздно, но структурируется, под него подводится идеологическая база и рациональные мотивы. Протест против кремлевского аншлюса начинает жить в Белоруссии своей собственной жизнью, и настроения людей постепенно включают в себя и его, и создаваемые им образы будущего. Тревожного и безрадостного.

Никаких иллюзий относительно авторитарного персоналистского режима Лукашенко, безусловно, нет. Умный (чисто по-крестьянски), хитрый и не сильно отягощенный моралью и принципами Лукашенко выстроил свою собственную персоналистскую диктатуру, которая загоняет Белоруссию в стагнацию. Однако предлагаемый из Кремля выбор — войти в другую диктатуру, причем на откровенно подчиненных ролях в качестве расходного материала для путинских олигархов, друзей и прочей воровской братии — выглядит ничем не лучше.

Уже поэтому в любом конфликте между двумя диктатурами белорусы точно выберут привычную и «родную» — просто потому, что она хотя бы известна. Неизвестность всегда тревожит, а уж откровенно угрожающая неизвестность — так тем более.

Альтернатива в виде Европы при этом греет далеко не всех — у белорусов генетическая память о Европе не самая радостная. В прошлый раз не слишком добровольное вхождение в предыдущий вариант Евросоюза для белорусов закончилось гибелью четверти населения, Хатынями и прочими не самыми радужными воспоминаниями. Дружить домами и отдельно друг от друга — это нормально, но стать пищевым ресурсом для Европы — альтернатива тоже так себе. Поэтому число сторонников союза с Европой растет гораздо медленнее тех, кто отказывается от союза с Россией. С сегодняшней Россией, нужно отметить.

Это вообще хроническая и критическая проблема кремлевского режима — он ведет себя по отношению к бывшим республикам Союза как банальный насильник. У него нет никакого привлекательного проекта, который он может предложить — причем не только в окружающее пространство, а и своему собственному народу. Кремлевские урки полагают, что их положено любить просто за то, что они власть. А потому выдумывать какие-то проекты и привлекательные картины будущего — а зачем? И так будут любить. Если не нравится — то можете просто закрыть глаза и не смотреть. Любви от вас не требуется, требуется покорность. На такой базе можно насиловать, но заставить любить — нет.

Неудивительно, что окружающее Россию пространство относится к ней и правящему в ней режиму соответственно. И иначе не будет. По крайней мере к этим конкретным людям отношение уже никогда не изменится. А значит — при нынешнем режиме мы будем терять окружающее нас пространство, причем терять с огромными потерями, теряя и своих возможных сторонников и союзников на нём. Просто потому, что кто в здравом уме будет называть себя сторонником насильника и уголовника?

Автор — Анатолий Несмиян (@ElMurid)

Ответить

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *